Просмотр первой серии "V" разочаровал. Получилась стандартная окрошка из старых научно-фантастических клише, лишь слегка приправленная несколькими забавными выпадами против обамовцев (особенно прикольно обещание людоедами-рептилиями всеобщего здравоохранения для землян).
После Явления жизнь человечества в сериале продолжается без особых потрясений. На самом деле внезапное объявление пришельцев на таком уровне (десятки коллосальных кораблей, зависающих над городами по всей планете) неизбежно вызовет тотальную панику и глобальный паралич экономической деятельности. Представление о том, что засланцы рептилий долгие годы жили на Земле, скрывая чешую под человеческой кожей, совершенно нелепо - такое не скроешь от патологоанатомов и рентгеновских лучей. Попытки же создателей сериала обвинить рептилий в терроризме, извращении некоей неназванной религии (о, политкорректность!) и мировом экономическом кризисе не только нелепы, но и поощряют конспирологическую истерию, и без этого зашкаливающую в последнее время в общественном сознании.
Сериал можно считать удачным только если его задачей является распространение дезинформации и неразберихи в предверии реального вторжения.
После Явления жизнь человечества в сериале продолжается без особых потрясений. На самом деле внезапное объявление пришельцев на таком уровне (десятки коллосальных кораблей, зависающих над городами по всей планете) неизбежно вызовет тотальную панику и глобальный паралич экономической деятельности. Представление о том, что засланцы рептилий долгие годы жили на Земле, скрывая чешую под человеческой кожей, совершенно нелепо - такое не скроешь от патологоанатомов и рентгеновских лучей. Попытки же создателей сериала обвинить рептилий в терроризме, извращении некоей неназванной религии (о, политкорректность!) и мировом экономическом кризисе не только нелепы, но и поощряют конспирологическую истерию, и без этого зашкаливающую в последнее время в общественном сознании.
Сериал можно считать удачным только если его задачей является распространение дезинформации и неразберихи в предверии реального вторжения.
- Mood:
disappointed
Чтение романа Питера Уоттса Blindsight навело меня на мысли о соотношении сознательного и бессознательного в формировании политических предпочтений.
Основная идея романа состоит в том, что феномен сознания представляет собой лишь временную флуктуацию на эволюционном древе гомосапиенсов и вообще не является необходимым атрибутом разума во Вселенной. Особенного внимания заслуживает приложение к роману, содержащие многочисленные ссылки на научную литературу, вдохновившую автора (профессионального биолога) на иллюстрацию этого тезиса в художественной форме. Иллюстрация получилась весьма мрачная, изобилующая патологоанатомическими подробностями и сквернословием, но с самим тезисом спорить довольно трудно. Как иначе можно объяснить вполне эффективное, "умное" поведение животных, не способных узнать себя в зеркале? А как насчет удивительных интеллектуальных способностей "гениальных идиотов", чуждых эмпатии и рефлексии?
Сознание - это босс огромной корпорации бессознательного, которая может прекрасно обойтись и без него. Или все-таки не может?
В чем состоит эволюционная ценность обладания сознанием?
Выскажу тезис, что cоциальная эволюция ("прогресс") есть продолжение биологической эволюции и ценность сознания следует искать уже в социальном контексте. Сознание есть эволюционная инновация, позволяющая возникновение и развитие прогрессирующих социумов, т.е. социумов, способных к качественным перестройкам. Колония бессознательных муравьев - это тоже социум, и весьма эффективный, но он статичен. У муравьев происходят войны и "дворцовые перевороты", но не происходит и не может произойти катастрофической смены самого общественного строя.
Каким же именно образом сознание гарантирует прогресс?
Выскажу еще один тезис: сознание - это бес противоречия. Роль сознания состоит в отрицании поведения, подсказываемого бессознательным разумом. Результатом таких разногласий является внутренний конфликт, требующий для своего разрешения изменения социальных условий, в которых оказывается индивидуум.
Практическое подтверждение этого тезиса можно найти в сопоставлении сознательно декларируемых политических предпочтений индивидуума и его бессознательных стремлений. "Консерваторами" оказываются люди, на бессознательном уровне стремящиеся к духовной свободе и раскрепощенному поведению, тогда как в бессознательном записных "либералов" кроются демоны вины и репрессии.
Основная идея романа состоит в том, что феномен сознания представляет собой лишь временную флуктуацию на эволюционном древе гомосапиенсов и вообще не является необходимым атрибутом разума во Вселенной. Особенного внимания заслуживает приложение к роману, содержащие многочисленные ссылки на научную литературу, вдохновившую автора (профессионального биолога) на иллюстрацию этого тезиса в художественной форме. Иллюстрация получилась весьма мрачная, изобилующая патологоанатомическими подробностями и сквернословием, но с самим тезисом спорить довольно трудно. Как иначе можно объяснить вполне эффективное, "умное" поведение животных, не способных узнать себя в зеркале? А как насчет удивительных интеллектуальных способностей "гениальных идиотов", чуждых эмпатии и рефлексии?
Сознание - это босс огромной корпорации бессознательного, которая может прекрасно обойтись и без него. Или все-таки не может?
В чем состоит эволюционная ценность обладания сознанием?
Выскажу тезис, что cоциальная эволюция ("прогресс") есть продолжение биологической эволюции и ценность сознания следует искать уже в социальном контексте. Сознание есть эволюционная инновация, позволяющая возникновение и развитие прогрессирующих социумов, т.е. социумов, способных к качественным перестройкам. Колония бессознательных муравьев - это тоже социум, и весьма эффективный, но он статичен. У муравьев происходят войны и "дворцовые перевороты", но не происходит и не может произойти катастрофической смены самого общественного строя.
Каким же именно образом сознание гарантирует прогресс?
Выскажу еще один тезис: сознание - это бес противоречия. Роль сознания состоит в отрицании поведения, подсказываемого бессознательным разумом. Результатом таких разногласий является внутренний конфликт, требующий для своего разрешения изменения социальных условий, в которых оказывается индивидуум.
Практическое подтверждение этого тезиса можно найти в сопоставлении сознательно декларируемых политических предпочтений индивидуума и его бессознательных стремлений. "Консерваторами" оказываются люди, на бессознательном уровне стремящиеся к духовной свободе и раскрепощенному поведению, тогда как в бессознательном записных "либералов" кроются демоны вины и репрессии.
- Mood:
creative
Посмотрел наконец полфильма "Обитаемый остров". Говорю "полфильма", потому что художественно цельным и самостоятельным произведением киноискусства эти без малого 2 часа экранного времени назвать никак нельзя. Конечно, четырехчасовым фильм выпускать на экраны было тоже невозможно. На месте режиссера вместо обрыва на полукадре я бы урезал до 3-х часов, а полную версию - выпустил на DVD.
То, что увидел - очень понравилось.
Визуальные цитаты из "Бегущего по лезвию", "Бразилии" и "Хищника" весьма органичны, но хотелось бы и оригинального художественного видения.
Все же нельзя сказать, что в фильме нет ни кадра на родной земле. Изрядный русский колорит придают сцены с партийными отцами, лихие зеки и выродки-интеллигенты (не считая занудливой бабушки в прологе и упоминания "московского студента").
Актеры в главных ролях - красавцы. Стоило дать обнаженку, подчеркнуть бисексуальный мотив - и сошло бы за мировоззрение, можно было бы говорить о выходе на мировой уровень. Во всяком случае, без постельной сцены Степанова и Снегирь мировой кинематограф понес тяжелую, но хочется верить восполнимую, утрату.
Тема голованов однако не раскрыта. Потрясли камерой и показали неподвижное чучело... Массаракш!
В целом, имеем заявку на крепкий боевичок. Если еще хорошо сделают атомную войну во второй половине - будет зачот!
PS. Позабавили развесистые фиги в карманах создателей фильма. Отвергнувший службу в гвардии инфантильный супермен из Москвы в финале убегает-эмигрирует в... южную пустыню, где война и мутанты. Отцы тем временям планируют вторжение в бывшую провинцию... Хонти и опасаются козней заокеанской... Островной Империи.
То, что увидел - очень понравилось.
Визуальные цитаты из "Бегущего по лезвию", "Бразилии" и "Хищника" весьма органичны, но хотелось бы и оригинального художественного видения.
Все же нельзя сказать, что в фильме нет ни кадра на родной земле. Изрядный русский колорит придают сцены с партийными отцами, лихие зеки и выродки-интеллигенты (не считая занудливой бабушки в прологе и упоминания "московского студента").
Актеры в главных ролях - красавцы. Стоило дать обнаженку, подчеркнуть бисексуальный мотив - и сошло бы за мировоззрение, можно было бы говорить о выходе на мировой уровень. Во всяком случае, без постельной сцены Степанова и Снегирь мировой кинематограф понес тяжелую, но хочется верить восполнимую, утрату.
Тема голованов однако не раскрыта. Потрясли камерой и показали неподвижное чучело... Массаракш!
В целом, имеем заявку на крепкий боевичок. Если еще хорошо сделают атомную войну во второй половине - будет зачот!
PS. Позабавили развесистые фиги в карманах создателей фильма. Отвергнувший службу в гвардии инфантильный супермен из Москвы в финале убегает-эмигрирует в... южную пустыню, где война и мутанты. Отцы тем временям планируют вторжение в бывшую провинцию... Хонти и опасаются козней заокеанской... Островной Империи.
- Mood:
impressed
Мозговая сеть есть совокупность индивидуумов, обладающих коллективным сознанием и способных синхронизировать мыслительные процессы при помощи нейрофизиологического интерфейса.
Научно-фантастическим примером мозговой сети является Борг-коллектив из "Стар Трека". Живой Журнал не является мозговой сетью в полном смысле слова, однако он обладает некоторыми интересными чертами, наблюдая и исследуя которые можно составить определенное представление о перспективах и возможностях реальных мозговых сетей, возникновение которых - дело недалекого будущего.
Перечислим некоторые аспекты ЖЖ-протокола, характерные для мозговых сетей:
1) Большинство узлов сети ("юзеры") ассоциированы с индивидуальными организмами, способными в случае нарушения связи с другими юзерами поддерживать самостоятельную жизнедеятельность и мыслительные процессы в течение времени, достаточного для восстановления связи.
2) Несколько юзеров ("виртуалы") могут быть ассоциированы с одним и тем же организмом, один и тот же юзер ("коммюнити") может быть ассоциирован с несколькими организмами.
3) Некоторые юзеры ассоциированы не с живыми организмами, а с выполняющими разнообразные технические функции (реклама, рейтинговая статистика, поиск, копирование и т.д.) программами ("боты") и внешними источниками информации ("фиды").
4) Синхронизация когнитивной деятельности осуществляется посредством квази-спонтанной публикации юзерами своих потоков сознания ("креативы") и периодического сканирования креативов других юзеров ("френд-лента"), что сопровождается обменом репликами между индивидуальными юзерами ("комменты").
5) Связи между юзерами ("френдование") динамичны и допускают различные степени интенсивности ("скриннинг"). Статистика френдования весьма асимметрична и коррелирует со специализацией юзеров ("сборщики информации", "мавены", "аналитики", "поклонники-стимуляторы", "критики" и т.д.), которая также весьма динамична.
Укажем на основные преимущества мозговой сети по сравнению с индивидуальным разумным организмом, демонстрируемые на примере ЖЖ:
1) Практическое бессмертие. Выбывшие из строя узлы быстро заменяются новыми, имеющими доступ к коллективной памяти и постоянно модернизируемым техническим возможностям.
2) Когнитивный потенциал мозговой сети на порядки превосходит потенциал отдельных узлов. (К сожалению, этот потенциал остается в значительной степени нереализованным в ЖЖ из-за несерьезного отношения многих юзеров к своим ЖЖ-обязанностям).
3) Эффективность сбора внешней информации. Основная проблема сбора информации в современном гипер-информатизированном обществе есть проблема фильтрации. Распределенный характер мозговой сети позволяет решить эту проблему по принципу "разделяй и властвуй".
Научно-фантастическим примером мозговой сети является Борг-коллектив из "Стар Трека". Живой Журнал не является мозговой сетью в полном смысле слова, однако он обладает некоторыми интересными чертами, наблюдая и исследуя которые можно составить определенное представление о перспективах и возможностях реальных мозговых сетей, возникновение которых - дело недалекого будущего.
Перечислим некоторые аспекты ЖЖ-протокола, характерные для мозговых сетей:
1) Большинство узлов сети ("юзеры") ассоциированы с индивидуальными организмами, способными в случае нарушения связи с другими юзерами поддерживать самостоятельную жизнедеятельность и мыслительные процессы в течение времени, достаточного для восстановления связи.
2) Несколько юзеров ("виртуалы") могут быть ассоциированы с одним и тем же организмом, один и тот же юзер ("коммюнити") может быть ассоциирован с несколькими организмами.
3) Некоторые юзеры ассоциированы не с живыми организмами, а с выполняющими разнообразные технические функции (реклама, рейтинговая статистика, поиск, копирование и т.д.) программами ("боты") и внешними источниками информации ("фиды").
4) Синхронизация когнитивной деятельности осуществляется посредством квази-спонтанной публикации юзерами своих потоков сознания ("креативы") и периодического сканирования креативов других юзеров ("френд-лента"), что сопровождается обменом репликами между индивидуальными юзерами ("комменты").
5) Связи между юзерами ("френдование") динамичны и допускают различные степени интенсивности ("скриннинг"). Статистика френдования весьма асимметрична и коррелирует со специализацией юзеров ("сборщики информации", "мавены", "аналитики", "поклонники-стимуляторы", "критики" и т.д.), которая также весьма динамична.
Укажем на основные преимущества мозговой сети по сравнению с индивидуальным разумным организмом, демонстрируемые на примере ЖЖ:
1) Практическое бессмертие. Выбывшие из строя узлы быстро заменяются новыми, имеющими доступ к коллективной памяти и постоянно модернизируемым техническим возможностям.
2) Когнитивный потенциал мозговой сети на порядки превосходит потенциал отдельных узлов. (К сожалению, этот потенциал остается в значительной степени нереализованным в ЖЖ из-за несерьезного отношения многих юзеров к своим ЖЖ-обязанностям).
3) Эффективность сбора внешней информации. Основная проблема сбора информации в современном гипер-информатизированном обществе есть проблема фильтрации. Распределенный характер мозговой сети позволяет решить эту проблему по принципу "разделяй и властвуй".
- Mood:
creative
Подозреваю, что большинство моих читателей любит (научную) фантастику, но слегка стыдится этого пристрастия. Это увлечение кажется им признаком инфантилизма. Я не буду этого отрицать и даже скажу больше, потеря интереса к фантастике есть признак надвигающейся старости, с присущими ей чертами увядания, такими как угасание интереса к новому и утрата жизненного любопытства.
Что же касается инфантилизма, то следует напомнить: эволюционная инфантилизация (неотения) превратила обезьяну в человека.
Что же касается инфантилизма, то следует напомнить: эволюционная инфантилизация (неотения) превратила обезьяну в человека.
- Mood:
quixotic
That group of writings which is usually referred to as ‘mainstream literature’ is actually a special subgroup of the field of science fiction—for science fiction deals with all places in the Universe, and all times in Eternity, so the literature of the here-and-now is, truly, a subset of science fiction.
-- John W. Campbell, editor of Astounding Science Fiction, 1948
-- John W. Campbell, editor of Astounding Science Fiction, 1948
- Mood:
amused
Not only is science fiction an idea of tremendous import, but it is to be an important factor in making the world a better place to live in, through educating the public to the possibilities of science and the influence of science on life…
If every man, woman, boy and girl, could be induced to read science fiction right along, there would certainly be a great resulting benefit to the community…
Science fiction would make people happier, give them a broader understanding of the world, make them more tolerant.
-- Hugo Gernsback, editor of Amazing Stories, inventor of the term 'science fiction', 1929
If every man, woman, boy and girl, could be induced to read science fiction right along, there would certainly be a great resulting benefit to the community…
Science fiction would make people happier, give them a broader understanding of the world, make them more tolerant.
-- Hugo Gernsback, editor of Amazing Stories, inventor of the term 'science fiction', 1929
- Mood:
impressed
http://www.thehugoawards.org/
Вот кто завоевывал Хуго более одного раза (считаем только романы):
Name - Number of winning novels
Robert Heinlein - 5
*Lois Bujold - 4
Isaac Asimov - 3
*Vernor Vinge - 3
Fritz Leiber - 2
Arthur Clarke - 2
Roger Zelazny - 2
Ursula Le Guin - 2
*Joe Haldeman - 2
*David Brin - 2
*Orson Scott Card - 2
*Kim Stanley Robinson - 2
*Connie Willis - 2
*C. J. Cherryh - 2
Звездочками помечены авторы, которых я увы не читал. Придется наверстывать...
Вот кто завоевывал Хуго более одного раза (считаем только романы):
Name - Number of winning novels
Robert Heinlein - 5
*Lois Bujold - 4
Isaac Asimov - 3
*Vernor Vinge - 3
Fritz Leiber - 2
Arthur Clarke - 2
Roger Zelazny - 2
Ursula Le Guin - 2
*Joe Haldeman - 2
*David Brin - 2
*Orson Scott Card - 2
*Kim Stanley Robinson - 2
*Connie Willis - 2
*C. J. Cherryh - 2
Звездочками помечены авторы, которых я увы не читал. Придется наверстывать...
- Mood:
curious
Два монстра, два титана старой американской фантастики. Одной весовой категории. Но удивительное дело: Азимова читать не могу, а Хайнлайна читаю запоем (и в переводе и в оригинале). В чем же разница?
- Mood:
amused
Кобо Абэ - Четвертый ледниковый период
Произведение "прогрессивного японского писателя" проникнуто страхом перед будущим. Будущим, от которого невозможно спастись ни заблаговременным предсказанием, ни поиском альтернатив. Будущим, наступающим на настоящее, как море наступает на сушу в конце нашей эпохи - четвертого ледникового периода. По отношению к такому будущему возможна лишь одна разумная стратегия: готовиться и пытаться адаптироваться. Этим в повести занимается тайная надправительственная организация по выращиванию подводных людей, а протагонисту, оказывающемуся помехой на пути прогресса, остается только принести себя в жертву.
Произведение "прогрессивного японского писателя" проникнуто страхом перед будущим. Будущим, от которого невозможно спастись ни заблаговременным предсказанием, ни поиском альтернатив. Будущим, наступающим на настоящее, как море наступает на сушу в конце нашей эпохи - четвертого ледникового периода. По отношению к такому будущему возможна лишь одна разумная стратегия: готовиться и пытаться адаптироваться. Этим в повести занимается тайная надправительственная организация по выращиванию подводных людей, а протагонисту, оказывающемуся помехой на пути прогресса, остается только принести себя в жертву.
Иван Ефремов - Туманность Андромеды
Коммунистическая утопия Ефремова явилась программным произведением советской фантастики, сформировавшим ее сюжеты, язык и эстетику на многие годы вперед. Написанный на заре космической эры роман показался сначала слишком консервативным в смысле сроков достижения изображаемого "светлого Завтра", но полвека спустя мы видим, что путь человечества в Космос действительно не столь прямолинеен и быстр как пригрезилось после первых впечатляющих успехов.
Нельзя не отдать долг широте и обстоятельности авторского охвата различных аспектов будущего. Как и полагается в классической утопии, в уста персонажей вложены ненавязчивые мини-лекции и разъяснения, из которых мы узнаем об управлении, экономике, образовании, состоянии искусств, науки, языка и даже пенитенциарной системе утопического общества. И здесь трудно отделить установки ортодоксальной коммунистической идеологии от романтического полета авторского воображения.
Особенно интересная черта изображенного Ефремовым будущего - участие Земли в Галактическом Кольце, т.е. системе накопления и передачи информации от одной звездной цивилизации к другой, по расширяющемуся кольцу от насыщенных продвинутой разумной жизнью центральных областей к разрозненным очагам разума на периферии Галактики. Даже такая стратегически важна информация, как расположение пригодных для колонизации планет, способы получения эффективного топлива для звездолетов и т.п., свободно передается по Кольцу...
Стержневым элементом романа, призванным придать убедительность всей авторской конструкции, является изображение людей новой эры. Увы, здесь автора постигает художественная неудача. Герои романа получились схематизированными, декларативными. Записные красавцы и красавицы с мощным интеллектом, крепкими нервами и железным здоровьем. Надежные винтики и шестеренки отлаженной общественной машины. Тем же немногим отщепенцам, кто шестеренкой быть не хочет, уготован изнурительный примитивный физический труд на спец. острове... Превращение массового человека в эффективного биоробота без страха и упрека представляется, пожалуй, самым неправдоподобным фантастическим допущением в романе.
Коммунистическая утопия Ефремова явилась программным произведением советской фантастики, сформировавшим ее сюжеты, язык и эстетику на многие годы вперед. Написанный на заре космической эры роман показался сначала слишком консервативным в смысле сроков достижения изображаемого "светлого Завтра", но полвека спустя мы видим, что путь человечества в Космос действительно не столь прямолинеен и быстр как пригрезилось после первых впечатляющих успехов.
Нельзя не отдать долг широте и обстоятельности авторского охвата различных аспектов будущего. Как и полагается в классической утопии, в уста персонажей вложены ненавязчивые мини-лекции и разъяснения, из которых мы узнаем об управлении, экономике, образовании, состоянии искусств, науки, языка и даже пенитенциарной системе утопического общества. И здесь трудно отделить установки ортодоксальной коммунистической идеологии от романтического полета авторского воображения.
Особенно интересная черта изображенного Ефремовым будущего - участие Земли в Галактическом Кольце, т.е. системе накопления и передачи информации от одной звездной цивилизации к другой, по расширяющемуся кольцу от насыщенных продвинутой разумной жизнью центральных областей к разрозненным очагам разума на периферии Галактики. Даже такая стратегически важна информация, как расположение пригодных для колонизации планет, способы получения эффективного топлива для звездолетов и т.п., свободно передается по Кольцу...
Стержневым элементом романа, призванным придать убедительность всей авторской конструкции, является изображение людей новой эры. Увы, здесь автора постигает художественная неудача. Герои романа получились схематизированными, декларативными. Записные красавцы и красавицы с мощным интеллектом, крепкими нервами и железным здоровьем. Надежные винтики и шестеренки отлаженной общественной машины. Тем же немногим отщепенцам, кто шестеренкой быть не хочет, уготован изнурительный примитивный физический труд на спец. острове... Превращение массового человека в эффективного биоробота без страха и упрека представляется, пожалуй, самым неправдоподобным фантастическим допущением в романе.
Иван Ефремов - Звездные корабли
Слегка беллетризованная научно-популярная лекция по... астробиологии. Здесь Ефремов выдвигает и обосновывает знаменитый тезис об антропоморфности всех разумных существ. Фантастическое допущение состоит в посещении Земли периода динозавров пришельцами, воспользовавшимися своей звездой как кораблем, сблизившимся с "кораблем" Солнца в миллионолетних блужданиях по Галактике. Всего одно достаточно правдоподобное допущение, но "фантастикой ближнего прицела" этот рассказ, написанный в сороковые годы, назвать нельзя. Прицел автора простирается к иным мирам, достижимым разумом, побеждающим все преграды в своем стремлении к единению.
Слегка беллетризованная научно-популярная лекция по... астробиологии. Здесь Ефремов выдвигает и обосновывает знаменитый тезис об антропоморфности всех разумных существ. Фантастическое допущение состоит в посещении Земли периода динозавров пришельцами, воспользовавшимися своей звездой как кораблем, сблизившимся с "кораблем" Солнца в миллионолетних блужданиях по Галактике. Всего одно достаточно правдоподобное допущение, но "фантастикой ближнего прицела" этот рассказ, написанный в сороковые годы, назвать нельзя. Прицел автора простирается к иным мирам, достижимым разумом, побеждающим все преграды в своем стремлении к единению.
